Ростовская земля и Ростов Великий: Поречье-Рыбное: крестьянские дома. Дом Лалиных

Контекст: в музей-заповедник «Ростовский кремль» поступило обращение «Научно-производственного центра по охране памятников истории и культуры Ярославской области», предоставить сведения об истории строительства и бытования выявленных объектов культурного наследия в Поречье-Рыбном, по адресам: Кирова 23 (дом жилой), Ленинская 2 (начальная школа) и Ленинская 16 (дом жилой). Поделиться сведениями о лицах, владевших данными объектами, исторических фактах и событиях, связанных с ними, а также копии исторических фотоматериалов и иных архивных документов (при наличии). В связи с тем, что «НПЦ по охране памятников» проводит государственную историко-культурную экспертизу в целях обоснования включения в единый государственный реестр объектов культурного наследия.

Застройка и крестьянские дома в Поречье-Рыбном изучались в ходе комплексных научно-исследовательских экспедиций Ростовского музея XX – первой четверти XXI века. По второму и третьему объектам материалы опубликованы ранее. Ниже в публикации рассмотрен первый объект.

Адрес: р.п. Поречье-Рыбное, ул. Кирова, д. №23. Старое название улицы, до 1924 года - Верхний посад, к востоку от храмового комплекса, в центре села. К западу от объекта, через проулок, находится двухэтажный каменный дом зажиточных крестьян Сотниковых – Сорожкиных (№21, нечетная сторона ул.), который считается одной из ранних гражданских каменных построек в селе Поречье. Т.П. Федотова, ориентируясь на контур «архаичных» каменных наличников, один их которых сохранился на западном фасаде, датировала дом концом XVII века. Однако, А.Г. Мельник, при обследовании дома пришел к выводу, что его наличники повторяют барочные формы наличников на летнем храме Петра и Павла 1759-1767 годов. Таким образом, дом Сотниковых возведен примерно в тот же период, что и летний храм, во второй половине XVIII века. Рассматриваемый дом №23 и дом №21 соединены высокой каменной аркой.

Описание: жилой дом, начало XIX в. одноэтажный, кирпичный, оштукатуренный, под двухскатной, ныне ветхой шиферной крышей на деревянных стропилах. Лицевым фасадом, несущим три оконных оси дом обращен на юг, к красной, прямой линии улицы, имеющей, согласно повелениям графа В.Г. Орлова о регулярной застройке села и плана 1775 года, несколько квартальных проулков. Стены главного и боковых фасадов завершены простым, в три ступеньки карнизом с выкружкой поддерживающей части. Фланги фасадов несут широкие рустованные лопатки, заштукатуренные на лицевом фасаде в позднее время. Окна прямоугольной формы, где верхней части профиля кладка 20 века. Предположительно имели наличники. Под окнами имеются «продухи» подполья. Плоскости фасадов оштукатурены, в отличие от дома №21, где первоначально применялась обмазка, сохранившаяся на боковых стенах.

С тыловой стороны к основному кирпичному прямоугольному объему здания, примыкает бревенчатый одноэтажный двор, двухскатная крыша которого ныне обрушилась.

Внутренняя планировка: основная, кирпичная, прямоугольная часть дома разделена капитальной кирпичной стеной на две неравные части: большая, передняя или жилая и задняя, холодная. Интерьер дома руинирован. Потолок оштукатурен по дранке. На стыке стен и потолка сохранились фрагменты простого лепного тянутого карниза. Пол деревянный на бревенчатых балках. Печное отопление не сохранилось.

Легенда: в настоящее время и последние 30 лет дом не жилой. Сложно определить, кто из крестьян Поречья был застройщиком, первым владельцем дома. Однако сведения о семьях, живших в доме №21, воспоминания старожилов, хорошо сочетаются с данными первой всероссийской переписи населения 1897 года. Перечисленные в упомянутой переписи материалы, из чего построен дом (кирпич, дерево) и чем покрыта крыша (железо, дерево, дранка, солома), а также фамилии местных крестьян, хозяев, достаточно достоверно сочетаются с аналогичными сведениями о фамилиях владельцев домов данной улицы во второй половине XX века. Из упомянутой переписи видно, что в двухэтажном каменном (кирпич, железо) доме №21 жили семьи поречских крестьян Сотниковых (западная половина) и Сорожкиных (восточная). Потомкам данных фамилий те же половины этого дома принадлежат и сегодня.

Следующий по улице, исследуемый нами дом, (№23), по переписи 1897 года, «из кирпича», покрыт деревом. На развороте переписного листа указаны владельцы, семья, два человека. Хозяин - Лалин Александр Алексеевич, 58 лет, крестьянин, родился «здесь» (коренной поречский род). В графе «где обыкновенно проживает…» указаны Костромская губерния и Костромской уезд. То есть, большую часть года Лалин проживал не в Поречье, а на отхожем промысле. Вероисповедания православного, родной язык русский. Умел читать и писать. Образование получил в церковно-приходской школе, закончил 1-й класс. Главное ремесло, доставлявшее доход – огородник, хозяин. Дополнительное мастерство – садоводство.

Второй в листе переписи указана его супруга – Лалина Анастасия Ивановна, 50 лет, крестьянка. Родилась и проживала «здесь», в Поречье. Вероисповедания православного, родной язык русский, неграмотная, «огородница при муже». Таким образом, домом, в 1897 году владела пожилая семья, не имевшая детей, где хозяин большую часть времени года (у огородников февраль - октябрь), в Поречье отсутствовал, проживая в Костроме, на отхожем промысле.

По воспоминаниям старожилов с 1910 годов владельцами дома стали крестьяне Беляевы. Род не поречский. На момент проведения первой всероссийской переписи населения 1897 года, согласно переписному листу, семья Беляевых уже проживала в Поречье-Рыбном, на квартире, в доме поречской крестьянки Александры Кузминичны Кутинской. Беляевы происходили из села Воронье Завражской волости, Костромского уезда, Костромской губернии. В 1886 году Воронье, село бывшее владельческое, при реке Мере, дворов 93, жителей 717, 2 церкви православных, 2 часовни, школа, 2 пчт. ст., 10 лавок, 2 кузницы, 2 постоялых двор. Ныне Судиславльский муниципальный район Костромской области. В селе Поречье Беляевы занимались огородничеством, торговлей на собственной и арендованной земле. Семья состояла из пяти человек. Хозяйка Беляева Прасковья Ивановна, 54 года, ее сын Алексей Алексеевич, 24 лет. Мать и сын родились в селе Воронье. А вот невестка, жена Алексея Алексеевича – Ольга Алексеевна, 25 лет, родилась в Поречье, что свидетельствует о браке с представительницей местного общества и начале укоренения на новом месте жительства. Их дети, внуки главы семейства, Алексей, 5 лет и София, 3 лет родились уже в Поречье.

Итак, с 1910 годов домом владели крестьяне Беляевы. При доме имелось овощесушильное производство. Об этом свидетельствует этикетка «Борщ малороссийский» производства огневой сушки плодов и овощей А.А. Беляева с. Поречье Ростовского уезда Ярославской губернии, в собрании музея-заповедника «Ростовский кремль».

Во второй половине XIX века, с ростом населения городов, переходом к массовой армии возник спрос на готовые сушеные смеси. В 1880-1890-е гг. органы власти, земства в Ростовском уезде поощряли расширение у крестьян-огородников разных типов овощесушилок – карусельной и духового шкафа. Сушеная овощная смесь упаковывалась в коробки из вощеной бумаги весом около фунта (400 гр.) и с маркой или этикеткой крестьянина производителя отправлялась потребителю. Овощную сушку скупали скупщики, делало заказы интендантство. В начале XX века крестьяне, имевшие овощесушилки по всему Ростовскому уезду были кооперированы в артели. Самой большой артелью в 1910-е гг. была артель в Поречье-Рыбном, насчитывавшая более 60 членов. Еще более возрос спрос на сушеные овощи в годы Первой мировой войны (1914-1918 гг.). Многие овощесушилки функционировали в период НЭПа.

С начавшейся коллективизацией, в 1930 годы, крупные овощесушилки были конфискованы в колхозы. На их базе в Ростовском районе возникло несколько овощесушильных заводов. Ветеран Великой Отечественной войны Морозов Константин Дмитриевич (1921-1989) вспоминал, что перед самой коллективизацией Беляевы хотели поставить на доме второй, бревенчатый этаж, уже завезли бревна, но их раскулачили. Документы свидетельствуют, что 6 января 1930 года Алексей Алексеевич Беляев был обвинен в несвоевременной уплате налога и приговорен к шести месяцам принудительных работ. Имущество описано на пополнение налога.

На заседании президиума Климатинского сельсовета от 22 января 1930 года, была заслушана информация председателя президиума П. Мусинова «О раскулачивании кулаков по селениям Климатинского сельсовета, по делу производства описи имущества и инвентаря, принадлежащего кулакам». По постановлению Президиума было раскулачено и выслано из пределов сельсовета 40 семей кулаков. В деле имеется поименный список этих людей, куда входит и семья Беляевых. Также, 19 января 1930 года в селе Поречье произошло народное волнение. Население выступило резко против закрытия храмов. Более 20 человек, церковный актив, были арестованы 10 февраля 1930 года, в связи с массовым выступлением против изъятия церковных ценностей. Среди них Беляев Алексей Алексеевич. — крестьянин, прихожанин местного храма. 2 марта 1930 года приговорён к 3 годам ИТЛ. Семья выслана за пределы области.

После 1930 года дом, конфискованный у Беляевых, отошёл в колхоз имени Сталина. В 1930-1950 годы в нем жил Морозов Михаил Фёдорович – родной дядя вышеупомянутого Морозова Константина Дмитриевича. Михаил Фёдорович проживал в Поречье с 1910 годов, по профессии был слесарем, чинил колеса, заводил часы на высокой никитской колокольне. Морозов Константин Дмитриевич с женой Глафирой Кузьминичной, тремя детьми - Валерой, Геной и Колей переехал в Поречье во второй половине 1950 годов, в этот дом, к своему дяде, из деревни Бобанино Ивановской области. Воспоминания о Беляевых К.Д. Морозова основаны на рассказах его дяди Михаила. Семья Морозовых жила в доме до конца 1960 годов. После смерти в 1966 году Глафиры Кузьминичны К.Д. Морозов перебрался жить к Екатерине Сорожкиной, в соседний дом №21, где скончался в 1989 году. Дети разъехались. В 1970-1980 годы в доме жила со своей семьей Ангелина Кружкова или Егорова, работавшая в совхозе «Вперед» сварщиком. После ликвидации совхоза в начале 1990 годов дом стал нежилым.

Литература и источники:

Федотова Т.П. Вокруг Ростова Великого. М., 1987. С. 88-90.

Мельник А.Г. Исследования памятников архитектуры Ростова Великого. Ростов, 1992.

Морозов А.Г. К вопросу о коллективизации сельского хозяйства в Ростовском крае в 30-е годы XX века // Сообщения ростовского музея. Ростов, 2002. Вып. XII. с. 112-127.

Мельник А.Г. Основные закономерности в развитии каменной архитектуры Ростова и его окрестностей с середины XVIII до середины XIX в. // История и культура Ростовской земли. Материалы научной конференции. Ростов, 2004. Ростов, 2005. c. 333.

Морозов А.Г. «Повеления» графа В.Г. Орлова 16 июля 1774 г. о регулярной застройке села Поречья-Рыбного Ростовского уезда // Трефолевские чтения. Всероссийская научно-практическая конференция: сборник статей по итогам конференции 25-27 сентября 2014 г. Ярославль, 2015. С. 25-30.

Морозов А.Г. Музейный опыт изучения крестьянских домов Ростовского уезда // История и культура Ростовской земли. Материалы научной конференции. Ростов, 2022. Ростов, 2023. c. 326-339.

Все мы Христовы. Священнослужители и миряне земли Ярославской, пострадавшие в годы гонений за веру православную. 1918–1953. Краткие биографические сведения. Часть первая. А — Л. Ярославль, 2012. С. 122.

ГБУ ЯО РЦОМиАД (государственный архив Ярославской области). Ф. Р-6. Оп. 1. Д. 126. Л. 106.

ГБУ ЯО РЦОМиАД (государственный архив Ярославской области). Ф. 642. Оп. 3. Д. 912. Л. 381-382.

ГБУ ЯО РЦОМиАД (государственный архив Ярославской области). Ф. 642. Оп. 3. Д. 913. Л. 143-144.

ГБУ ЯО РЦОМиАД (государственный архив Ярославской области). Ф. Р-3698. Оп. 2. Д. С-11146.

Этикетка Этикетка «Борщ малороссийский» производства огневой сушки плодов и овощей А.А. Беляева с. Поречье Ростовского уезда Ярославской губернии, около 1924 года, 51х446 мм // Собрание ГМЗ «Ростовский кремль», Г-3285.

Воспоминания Морозова Константина Дмитриевича (1921-1989), проживавшего по адресу: Поречье-Рыбное, ул. Кирова, дом №22, 1988 год.

Выставки: «Мелочи быта» ГМЗ «Ростовский кремль», 2012.

Ил. Морозов А.Г. 2011-2026.

Примечание: Упомянутая фамилия Сорожкины в XX веке писалась и сейчас пишется представителями рода, как - Сорошкины.