Первый Никитин день

Помню тот первый Никитин день в Поречье‑Рыбном, словно он был вчера. Мне тогда было пять лет. Тот первый фонарик мне вырезал дедушка Николай Васильевич Костылев (1923-1976), отец мамы. Мы были у него дома, на Верхнем посаде, улица Кирова. Дед для фонаря взял кормовую свёклу, в Поречье её называли «бураки». У них с бабушкой Антониной Павловной всегда была корова, бураков сажали по краю гряд много. Дед ловко водил ножом, аккуратно выбирал мякоть, оставлял тонкие стенки, чтобы свет пробивался. Внутри он закрепил маленькую свечку и показал, как держать фонарик, чтобы не задуло ветром.

Пока он резал, рассказывал, что и сам в детстве так ходил по селу. С товарищами собирались на своей улице, шли от дома к дому. А в темноте с разных сторон мелькали с десятки огоньков. Слушая его, я уже представлял, как сегодня вечером тоже пойду по улице с этим фонариком. Как он будет светить в моих руках.

И вот вечер настал. Я шёл по улице, мой фонарик мягко светился, отбрасывая тёплый круг на дорогу. Вдали, то тут, то там вспыхивали другие огоньки, будто кто‑то рассыпал звёзды по переулкам. После дедушкиной смерти поначалу такой фонарик мне ещё раз сделала бабушка Антонина Павловна (1921-1996). Она резала не так ловко, как дед. Но она была верующим, православным, добрым человеком. Регулярно ходила в церковь, в соседнее, родное для нее, село Скнятиново. В этом ее фонарике была своя теплота, своя забота. А потом уж я стал делать их сам. Из того же бурака, стараясь повторить, как делал дедушка. И каждый раз, зажигая свечку, будто слышал его голос: «Держи так, чтоб не задуло».

На каждой улице была своя компания ребят. Мы перекликались, но большой толпой не собирались. Праздник был престольный, православный, а время советское. Некоторые взрослые на нас поглядывали настороженно. Но это не мешало радоваться. Было какое‑то особенное чувство. Словно ты причастен к чему‑то важному, к старому обычаю, традиции, которую передают из рук в руки.

До сих пор, когда вспоминаю тот Никитин день, вижу эти огоньки, мелькающие в темноте, слышу тихий смех ребят, чувствую запах осенней земли, чуть сладковатый дух бурака. Понимаю, что это был хороший, светлый праздник детства. Тихий, негромкий, но такой родной, что согревает даже спустя много лет. А сейчас фонарики я делаю своим детям.